В минувший субботний день, аккурат когда Николай Цуканов, калининградский губернатор, со своею свитою бороздил просторы Озёрского района, наводя там свой порядок, мы побеседовали с Анной Зинкевич. Анна Павловна возглавляет районный совет депутатов и, кроме того, сейчас исполняет обязанности главы района, то есть является высшим должностным лицом в районе. Переход полномочий произошёл после того, как из-за злосчастной поломанной автолавки 14 ноября пришлось подать в отставку Анатолию Светкину, избранному главе.

 Анна Павловна привыкала уважать закон и считаться с мнением народа. Отнюдь не все представители государственной власти руководствуются такими же принципами. О том у нас и состоялся разговор.
– По закону, спустя месяц после отставки высшего должностного лица района в течение полугода мы должны назначить выборы. Мы решили назначить выборы на май. Но через месяц после отставки Светкина в Озёрск приезжает Сергей Васильевич Булычев, министр развития инфрастуктуры. Поинтересоваться, кого мы «видим» новым главой. «А что, ели мы внесём в устав района поправку, что глава муниципального избирается из числа депутатов?..» (– Вот они проехали мимо, губернатор и его министры! – сказала Анна Павловна. – Я из дома в окно вижу их машины.) А поскольку полномочия совета депутатов заканчиваются меньше чем через два года, сказал Булычев, и в связи с этим конкурс на должность главы администрации проводить нельзя, мы должны будем назначить кого-то исполняющим обязанности. Я говорю, что посмотрю в закон. А в 131-м законе, в части 9 статьи 36*), написано, если представительный орган вступил в право назначать выборы, то с этого моменты поправки в устав вносить нельзя. Я процитировала эту статью закона Булычеву на второй день, когда он мне позвонил. Потом вызывает меня в правительство Максим Коломиец, начальник правового отдела департамента административно-правового обеспечения министерства муниципального развития.

– Коломиец большой мастер подковёрных сделок. Именно он, ещё работая в областной прокуратуре, способствовал развалу местного самоуправления в Светлогорском городском округе.
– Не помню… Я ему, держа эту статью, говорю: «Не получается!» А он: «Губернатор сказал, что Зинкевич будет главой муниципального образования, у Кутепов, из Гусева, – глава администрации». Представляете? Это они мне предлагают рубить сук, на котором я сижу. Я по их технологии должна буду сложить полномочия председателя районного совета, а потом снова выбираться.

– Но ведь это ещё и противозаконно!
– На это они даже внимания не обращают! Я им заявила, что ходила консультироваться к своему прокурору. Прокурор заявил, что такие действия незаконны. Коломиец: «Ну, я с ним договорюсь». Я ему: «Как договоритесь? Прокурор закон что ли изменит?» Потом он отвёл меня к Егорычеву, руководителю аппарата правительства. Тот: «Мне губернатор сказал! Он мне голову снесёт. Вы обязательно изберётесь. Не сомневайтесь». Я говорю: «Любой избиратель обратится к прокурору – прокурор опротестует наше решение о внесении изменений в устав. И если мы не отменим своё же решение по протесту прокурора, прокурор обратится в суд – и суд немедленно отменит» – «Кто у вас посмеет подать заявление прокурору?» – «Ну, хотя бы депутат Каганцев» – «Мы его бизнес похерим!», – и рукой по воздуху рубанул. – «Бюджетники? Мы их тоже прижмём!» И в таком духе. Я была в шоке.

– А как другие отнеслись к такой затее правительства?
– Кто мне авторитет? К кому обратиться, чтобы меня не мордовали? Я позвонила Тамаре Кузяевой. Потом встретились. Она мне говорит: «Немедленно назначайте выборы, никого не слушайте!»

Из консультации с Кузяевой, Зинкевич почерпнула очень важную информацию о нравах, насаждаемых губернатором в правительстве. Там все его боятся, и никто не смеет перечить. Выполняют любой каприз. И это несмотря на то, что на Донского, 1, царит всеобщая похоронная атмосфера. Каждый день одна мысль – доживут ли до вечера.

– Я и сама помню, когда снимали Светкина, все дрожали бегали. И так думаю: если вы хотели внести эту поправку в устав, то зачем заставляли Светкина немедленно написать заявление? А меня тогда пригласили и скомандовали: тут же, в течение часа собрать депутатов, чтобы приняли его отставку. Пожар? Или наводнение? Подал в отставку – ну и подал. На очередной сессии рассмотрели. И ничего не случилось. Так вот, Кузяева мне посоветовала обратиться к прокурору Калининградской области Самсонову. Он меня принял. Я ему в мягких формулировках рассказываю, как мне настоятельно предлагают. (А ведь они мне руки выкручивают!) Он спрашивает: кто поимённо «предлагает»? Я говорю – Коломиец. И тут я узнала, что Коломийца из прокуратуры выгнали. Самсонов сказал, что никаких поправок в устав вносить нельзя и что он возьмёт ситуацию под контроль. Потом снова звонят…

– Кто?
– Коломиец. Звонит и спрашивает, когда будет сессия нашего совета. Я сказала: 21 декабря. У нас как раз 65 лет образования представительного органа Озёрского района отмечалось. Мы рассматривали несколько вопросов, а вечером, в нерабочее время, – скромный «корпоратив». Наступил этот день. Звонит снова: «А мы приедем». Уточняет время. Значит, точно будет десант. Сначала заседала депутатская комиссия, депутаты поддержали проект решения о назначении выборов главы на май. Примерно за час до начала сессии снова от Коломийца звонок: «Мы минут на 15 задержимся». Я про себя перекрестилась. Мы начали в назначенное время. Первым вопросом – назначение выборов. Проголосовали единогласно. Уже приступили рассматривать последний вопрос, появился Коломиец. Увидел на столе диктофон – и мне на ушко: «Как с этим делом?» – «Всё, приняли, назначили на 17 марта выборы». Он схватился за свой телефон, выскочил в вестибюль, бегает, названивает. Наверное, Булычеву. Мы закончили, спускаемся на первый этаж – он: «Ну, пойдёмте, к вам зайдём». Зашли. Он: «Губернатор рвёт и мечет… губернатор рвёт и мечет!» – «Чего рвать? Чего метать? Вы ж видите, мы не можем нарушить закон. Вам нужно повторение вселенского позора с голодовкой сельчан?» Он тогда выдал «секретное» оружие: «Вот, пять-шесть депутатов сложат полномочия – и разгоним ваш совет!» Представляете?

– Хорошо представляю. Они так разгоняли советы в Дивном, Янтарном…
– А ему спокойно говорю: «Ой, как у вас всё запущено! На хвост мне соли насыплете, господа хорошие…» Но он уже выбегал в дверь. А мы пошли в кафе. Выпили по рюмочке. Мне пришли и сообщила: «Анна Павловна, выехал Булычев. Хотят, чтобы вы, пока все в сборе, в кафе отменили своё решение о назначении выборов». Пусть едет!

– Действительно, у них всё запущено.
– Пока он доехал, нас осталось 6 человек. Заходит Булычев. И опять Коломийцев. Нас с Выборновым, исполняющим обязанности главы администрации, пригласили в зал и начали мне снова руки выкручивать. И так, и эдак. Я им возражаю: «Ваши единороссы в Госдуме приняли закон, а вы, местные единороссы, толкаете нас на нарушение? Он уже не знает, как меня склонить: «Ну, вы ж будете баллотироваться. Мы вам деньгами поможем». Удивил! Я уже пять раз баллотировалась – никаких денег не нужно. Написала объявление – и люди меня выбирают. И если бог даст снова баллотироваться – меня снова выберут. Я тут всю жизнь живу. Он снова заговорил про нашего прокурора. Мол, он может закрыть глаза. И похвалился, что на одной площадке живёт с прокурором Самсоновым и может с ним договориться. Я ему предложила в понедельник привезти бумагу от Самсонова, что изменения, на которых Булычев настаивает, не будут противоречить 36-й статье. «Привезу!» В понедельник звонок: «Собирайте депутатов». Собрали. Появился. «Где бумага-то?», – спрашиваю. Он мне показывает из управления юстиции письмо, подписанное Киселёвым. Оказывается, в правительстве уже сделали проект устава с поправками и согласовали его в юстиции. Но там написали, что концептуально этот проект не противоречит закону. Конечно, не противоречит. Если не рассматривать конкретную ситуации.

– Интересно, на что рассчитывал Булычев? На то, что в Озёрске живут провинциальные дурачки?
– Наверное. И привёз и второе письмо. От Винярской, заместителя председателя облизбиркома. Я читаю. Там написано, что можно вносить поправки, но когда, в каких случаях – не уточняется. Я снова Булычеву прочитала статью. И говорю: «А где тут упомянута 36-я статья?» Как ни уламывал он, даже мои оппоненты-депутаты меня поддержали. Потом все пожали мне руки. Надо сказать, что Булычев, прощаясь, сообщил, что меня сотрут в порошок. Видно было, что ему самому неловко. Он признал, что ему всем этим как министру заниматься не пристало. Но видимо, там дело доходит до увольнения.

– Не думаю, что Булычев не понимает всей преступности затеянного.
– Да-да. Он пожал мне руку и уехал. И вот в среду, 16 января, мне звонят. Губернатор приглашает весь состав совета депутатов к себе. Я поняла: он хочет, чтобы уже там проголосовали, у него в кабинете. Я сказала, что у нас автобуса нет, даже школьников с трудом возим – не хватает бензина. Так они в четверг, к одиннадцати, прислали автобусик. К трём часам – к губернатору. И сопровождающего приставили. Он тут же начал звонить, докладывать: «Уже выехали. Кворум будет. В автобусе – восемь. Двоих депутатов в Черняховске подберём, один уже в Калининграде» и т.д. Доставили до самого крылечка правительства. Булычев встречает вместе с Коломийцем. Открыли дверь. Встаём с мест. «Сидите, сидите!» В ресторан «Геркулес» нас повезут на обед. Вижу, на меню написано «250 руб.» Я – в сумку за кошельком. «Не-не-не-не! За всё уплачено!» Я говорю, не хочу быть зависимой. Все загудели. Я думаю: «Ладно, мы ж вас тоже кормим в Озёрске, когда вы приезжаете». После обеда – в правительство, в малый зал. Сели. 15.00. Открывает дверь Булычев, приглашает одну меня. Губернатор: «Ну что там у вас, Анна Павловна?» Начинаю рассказывать. И спрашиваю: «Николай Николаевич, как вы могли нарушить закон? Отменить решение о назначении выборов – это неслыханно. Ведь любой избиратель обратится к прокурору, а прокурор в суд. Опозоримся только. Ведь выборы состоятся. Зачем вам это? Вы опрохвостились весной, когда захотели референдум объединительный провести – как в Гусеве и Черняховске. Мы уже всё тогда к референдуму приготовили. И тут из факса вылезает бумага от прокурора области: ваши действия незаконны!» Цуканов при мне сделал три звонка в какие-то федеральные структуры – и отовсюду ему сказали, что так нельзя. И он со мной согласился. Но поинтересовался, как я отношусь к кандидатуре Виктора Пузыревского из Гусева. Я говорю: «Давайте, пусть попробует». Он вышел к депутатам и сказал, что деньги будет давать человеку, которому доверяет.

Накануне субботнего наезда Цуканова в Озёрск, как полагается по протоколу, местным властям пришла депеша с программой визита. Фамилии Зинкевич в списках не было. Она позвонила Булычеву: «Мне завтра можно заниматься домашней стиркой» – «Ну там же будет собираться политактив, вы туда приходите» – «Я ни в каких партиях не состою». Так у Анны Павловны получился полноценный выходной.

Константин Рожков, сайт «Свободный Калининград»

О авторе: adminzrfm

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>